Комаровский павел евграфович (1868-1912)

Запутанная история графа Комаровского

В те годы Венеция еще не кишела безумными туристами, а воды ее каналов не были загрязнены, как в наши дни, да и вообще экология напоминала о чудесных временах XVIII–XIX веков, когда русские художники вдохновенно писали венецианское утро, подернутое туманом, и маленьких изящных гондольеров на крошечных лодочках. Мир казался огромным, как рай, а человек в нем был спокоен и безмятежен. Но ХХ век надвигался неумолимо, а вместе с ним и та новая реальность, породившая запутанные преступления, в которые были вовлечены самые разные лица.

Очевидно, граф Комаровский тоже был безмятежен, потому что в то утро 22 августа 1907 года он мирно спал. Это спокойствие никак не вязалось с последующими свидетельствами о многочисленных угрозах, которые он получал по почте. 6 сентября пресса сообщала, что утром 22 августа «некто Наумов прибыл на гондоле к графу Комаровскому. Обманув бдительность прислуги, он проник в его спальню, произвел в графа пять выстрелов и не замеченным уехал из Венеции». Граф был тяжело ранен, но говорилось, что его жизни опасность не угрожает. Русскому консулу он заявил, что получил несколько писем с предупреждением: в Венецию прибудет русский с целью его убить. Значения этим письмам граф почему-то не придавал.

После покушения Наумов скрылся из Венеции, однако вскоре был арестован в Вероне, городе всемирно известных влюбленных, увековеченных Шекспиром. Ни один из выстрелов Комаровского не убил, но на этом дело не кончилось. Уже в первых числах сентября выяснилось, что граф находится при смерти. И тут события из солнечной Венеции перенеслись в педантично преданную законам и бюрократии Вену.

Выяснилось, что именно там, в столице Австрийской империи, граф Комаровский перед тем, как отправиться отдыхать с подругой в Венецию, застраховал свою жизнь на полмиллиона франков. На оформлении страховки настаивала подруга – графиня из Киева Мария Тарновская, урожденная О'Рурк.

Обратите внимание

При этом в Венеции она тайно от графа встречалась с любовником – неким мошенником Зайфером, поселившимся в том же отеле.

 М.Н. Тарновская, П.Е. Комаровский и арестованный итальянской полицией Наумов

После покушения на Комаровского Тарновская успела сбежать из Венеции в Вену. Её приятель Зайфер был арестован австрийской полицией.

Тут-то и выяснилось, что на самом деле он вовсе никакой не Зайфер, а московский адвокат, присяжный поверенный Донат Прилуков, склонный к роскоши и картежной игре. На свои увлечения адвокат истратил деньги клиентов и рассчитывал поправить дела с помощью страховки Комаровского.

Вскоре он уже давал показания как организатор убийства, но утверждал, что истинным «мозгом» преступления была Тарновская, а сам он – жертва её женского обаяния и хитрости.

О, начало ХХ века! О, феминизированная эпоха поэтов и безумцев! Женщина-вамп безупречно организовала убийство. Безумно влюбленный юнец Наумов стал слепым орудием в руках коварной злодейки.

Что это, как не бульварный сенсационный роман? Даже полиция поверила в эту пошлую романтическую историю. Равно как и во всякие психиатрические теории, появившиеся позднее с легкой руки 20 адвокатов, обслуживавших этот процесс.

К арестованной графине даже приставили охрану, чтобы она ненароком не соблазнила присяжных и прокурора.

Тем временем 8 сентября Комаровский скончался, и дело приобрело резонанс. Здесь нельзя все-таки не объяснить, кем был для России граф Павел Евграфович Комаровский, дворянин с польскими корнями, владевший имением в селе Городище.

Важно

Дедушка графа сочинял неплохие романсы, из которых наиболее известен «Дайте крылья мне перелётные» на музыку Даргомыжского. В своем имении Павел Комаровский собрал библиотеку свыше 10 тысяч книг конца XVIII века. Здесь были сочинения по истории, музыке и естественным наукам на нескольких языках.

Любитель искусства, меценат и организатор съезда российских пожарных в 1899 году, граф был известным благотворителем. В Орловский губернский музей он передал коллекции древнерусских крестов и образов, серебряные монеты, древние рукописи.

Входил в Орловскую губернскую ученую архивную комиссию, был членом Орловского общества любителей изящных искусств и председателем выставочного комитета первой художественной выставки в Орле в 1896 году. В 1904 году он ушел добровольцем на русско-японскую войну и проявил редкое мужество.

За бой 26 мая 1904 года под Сюяном на Фынхуанченской дороге Комаровский был награжден орденом Святого Станислава, а в 1905-м – медалью «В память русско-японской войны».

И вот этот храбрый и весьма деятельный человек оказался жертвой вполне заурядной шайки мошенников, которых интересовало только его наследство. Причем Комаровский был, как выяснилось, не единственной жертвой преступников: смертельная опасность подстерегала всю его семью.

27 сентября итальянские газеты сообщали, что при обыске квартиры Тарновской были найдены письма, из которых следовало, что Прилуков и графиня хотели избавиться не только от Комаровского, но и от его сына Евграфа – прямого наследника. В случае его смерти всё имущество переходило Тарновской. Комаровский успел обручиться с ней, но её бракоразводный процесс с Василием Тарновским затягивался.

К тому моменту графиня уже сомневалась в том, что хочет замуж за недавно овдовевшего графа. Проще было устранить его и завладеть имуществом, и она собиралась прибегнуть к помощи наивного, влюбленного юноши. Таким юношей оказался Наумов, которого она встретила в Орле, куда приехала с Комаровским.

Наумова считали сумасшедшим, рассказывали, что в детстве его случайно ударили лодочным веслом. Мария Николаевна быстро пристрастила юношу к мазохистским играм – стегала кнутом, гасила о его руку сигареты. А он видел в ней кумира и клялся в верности. Если бы Наумов убил графа, его посчитали бы свихнувшимся влюбленным и закрыли дело.

На это и рассчитывали Мария и Прилуков.

Но Тарновская не предполагала, что её замысел раскроется и вызовет такой шум. Австрийский суд вдруг решил докопаться до корней этого дела и эксгумировать тело жены Комаровского – певицы и виолончелистки Эмилии Редер, умершей год тому назад.

Совет

Смерть Эмилии ранее не вызывала сомнений: она вслед за мужем ушла на фронт медсестрой и в Маньчжурии заболела редкой болезнью – геморрагической лихорадкой с почечным синдромом. Тогда, в 1907 году, граф поселился с больной супругой на острове Лидо в отеле «Эксельсиор».

Тарновская и Прилуков прогуливались по променаду и вдруг увидели Комаровского, везущего инвалидную коляску.

«Что с вами, Эмилия?! – вскричала Мария, ранее немного знавшая Комаровских. – Вы больны? Как жаль! Я уверена, что мы еще будем пить шампанское вместе! Граф, я не видела вас после войны, вы, говорят, настоящий герой!»

Тарновская поведала графу свою историю: она вынуждена разводиться с ревнивым мужем, а Прилуков – её адвокат, с которым она случайно встретилась в поезде. Несчастье сблизило их. Тем временем Эмилия чувствовала себя плохо и заснула в обществе сиделки. Сыном Комаровского занималась английская гувернантка.

Музыка, шампанское, пряный дух Лидо и курортного сентябрьского вечера ударили графу в голову, и он уединился с красивой графиней в отдельном номере – не для страсти, для душевного разговора. Они вспоминали прошлое и жаловались друг другу на жизнь. Супруга Комаровского болела, ссорила его с матерью и сестрами.

Муж Тарновской позорил ее перед всем миром, объявляя всех ее поклонников любовниками, одного из них убил на дуэли. Мария давно нравилась Комаровскому, но ухаживать за ней при страдающей жене было неприлично.

И всё-таки он спросил: «Кощунственно, графиня, но если бы я вдруг стал вдовцом – мог бы я… рассчитывать на взаимность?» – «Вы хотите доказательств, граф? Смотрите же – я ничего не боюсь больше!»

Мария взяла графа под руку и, получив от горничной отеля заранее оплаченный ключ от номера, увела графа в альков, где продемонстрировала ему свою страсть.

Через два часа они вернулись: он – к больной жене, она – к Прилукову. «Ну и как это было?» – спросил Прилуков, скрывая обиду за циничной иронией. «Да не особенно, – бесстрастно ответила графиня.

– Но мне кажется, при правильном ведении дела мы сможем решить твои проблемы с кредиторами».

Обратите внимание

Запутавшийся в долгах Прилуков понял, что имеет дело с женщиной-вамп: такие в то время очень ценились. Её воля и характер могли решить все его проблемы. А она, коварная соблазнительница, останется верной ему – сообщнику: ведь нет близости большей, чем преступный замысел.

И присяжный поверенный, вдохновленный преступной страстью, вечерним поездом выехал в Вену, где ему надлежало оформить документы, закупить яды, быстро перечитать новые исследования по судебной медицине и проделать некоторые эксперименты для устранения членов этой семьи.

А Мария стала помогать графу. Она мастерски делала Эмилии инъекции, а вечером ублажала ее мужа, обещая спасение его жене и вечную, безвозмездную любовь к нему. Но состояние Эмилии не улучшалось, её мучили тяжелые боли. Венецианские врачи порекомендовали Комаровским отправиться в Дрезден, где есть клиника тропических болезней Cвятого Иосифа Штифта.

После этого Эмилия умерла. На эксгумации тела настаивали её еврейские родственники. Они подозревали, что скоропостижная смерть была вызвана подменой лекарства ядом, ведь Тарновская легко могла это сделать, чтобы ускорить процесс воздействия на графа.

Однако никто не захотел вновь открывать это дело, и в особенности итальянцы, спешившие быстрее закончить процесс.

В январе 1908 года газеты сообщали, что арестованная графиня Тарновская пыталась повеситься в венецианской тюрьме, но была спасена. Слухи оказались ложными.

Графиня действительно находилась в тюрьме, как и ее сообщники, но вешаться вовсе не собиралась, даже, напротив, говорила, что хочет начать новую жизнь.

Читайте также:  Сумка для пожарных: переноска птв и рукавов

Сообщалось также, что суд над заговорщиками состоится весной 1908 года, однако русские власти устроили канитель с нужными юридическими справками, поэтому пришлось отложить процесс еще на несколько месяцев.

Важно

К тому моменту дело стало настолько заметным, что ведущие газеты Европы и Америки намеревались по телеграфу освещать судебный процесс в Венеции, куда передали преступников.

Прилуков затребовал вызова новых свидетелей по делу Комаровского, но судебные власти Италии хотели закончить расследование к декабрю 1908 года.

Тем временем мать графа Комаровского Элеонора Ивановна Орлова прониклась сочувствием к юному убийце Наумову и объявила, что он – жертва Тарновской, как и её сын.

Адвоката Наумова это воодушевило, и он впервые ввел в юридический обиход версию преступного гипноза, который Тарновская якобы применила к его подзащитному. По настоянию защитника в сентябре 1908 года к делу подключились профессор психиатрии Феррара и директор психиатрической лечебницы Кавелетти, протестировавшие умственные данные Наумова и признавшие его «слабоумным истериком, не отвечающим за свои поступки».

Видимо, под влиянием этих новомодных психиатрических идей корифей итальянской гинекологии профессор Луиджи Босси заявил 9 марта 1910 года, что и сама Мария Тарновская одержима психическим расстройством, но чисто женским – манией «уничтожения» своих любовников.

Обсуждалась и загадочная славянская душа, склонная к саморазрушению. После этого происходящее в Венеции юридическое разбирательство приобрело совершенно театральный, оперный характер, не имевший никакого отношения ни к науке, ни к действительности.

Обвиняемых привозили в здание суда на гондолах. По обеим сторонам набережной толпились корреспонденты и зеваки. Тарновская являлась на процесс в эффектном трауре с черно-бордовыми кружевами.

Совет

Одержимой публике, с самого утра осаждавшей здание суда, продавали билеты в зал, где проходило слушание.

21 мая 1910 года в половине восьмого присяжные, заседавшие три часа, вынесли вердикт о виновности. Камеристка графини, мадемуазель Перье была оправдана. Наумова суд приговорил к 3 годам и 4 месяцам, графиню Тарновскую – к 8 годам и 4 месяцам, Прилукова – к 10 годам.

Подобные жизненные драмы с привкусом адюльтера чрезвычайно интересовали писателей того времени, а в Италии они пользовались особенным успехом.

Поэтому не было ничего удивительного в появлении на процессе поэта и драматурга, эстета и скандалиста Габриеле Д'Аннунцио, отличавшегося эпатажными выходками и любовью к салонным мелодрамам, которые он не только писал, но и успешно создавал сам. Его ближайшими друзьями были националисты и анархо-синдикалисты.

Его женщинами – психопатки, в том числе и выдающиеся. Из любви к Д'Аннунцио великая итальянская актриса Элеонора Дузе резала себе вены, маркиза Карлотти ушла в монастырь, а графиня Манчини попала в сумасшедший дом.

Больше месяца Д'Аннунцио следил за развитием событий в Венеции и сочинял пьесу о роковой графине Тарновской. У него уже были предложения от ведущих итальянских театров на постановку этой эффектной пьесы.

Убийца Наумов отсидел свой срок и вскоре после освобождения умер. Прилукову после венецианской тюрьмы предстояло еще ответить за растрату казенных денег в России. Тарновскую вскоре помиловал итальянский король Виктор Эммануил. Видимо, не без влияния Д'Аннунцио.

Писатель Валерий Брюсов в 1913 году сочинил скандальную повесть «Последние страницы из дневника женщины», в героине которой угадывались черты Тарновской. Эгофутурист Игорь Северянин написал сонет «Тарновская»:

По подвигам, по рыцарским сердцам,

Змея, голубка, кошечка, романтик, —

Она томилась с детства. В прейскуранте

Стереотипов нет её мечтам

Названья и цены. К её устам

Льнут ровные «заставки». Но – отстаньте! —

Вот как-то не сказалось. В бриллианте

Есть место электрическим огням.

5 июня 1915 года, когда Италия уже отказалась от нейтралитета и ввязалась в войну, а на австро-итальянской границе шли бои, роковая графиня была освобождена из венецианской тюрьмы.

Обратите внимание

Своим родным в Киев она сообщила, что переезды по воюющей Европе небезопасны, поэтому она задержится в Италии – в общежитии тихого французского монастыря под Миланом.

Но в тот момент дело об убийстве Камаровского уже никого не интересовало, потому что начиналась «Grande guerra» – Великая война.

Предыдущая статья…
Продолжение следует…

Серия: 100 великих

Источник: http://nemozhetbit.ru/127-zaputannaya-istoriya-grafa-komarovskogo.html

Мария Павловна Галаган

С Григорием Павловичем Галаганом неразрывно связана история и Украины и Росси. Его вклад не оценим, но так случилось, что род продолжить судьба доверила двум хрупким женщинам. После смерти единственного сына род Галаганов по – мужской линии был пресечён. Но у Григория была  горячо и искренне любима сестра Мария. 

Дочь Павла Григорьевича Галагана – Мария была очаровательной, красивой молодой  17 лет от роду, когда вышла замуж за юного графа Павла Евграфовича Комаровского. Он землевладелец Орловской губернии, служивший в гвардии, сын генерала от инфантерии, командира корпуса внутренней охраны Его императорского Величества Николая I  графа Евграфа Федотовича Комаровского.

Брат Павла, — адьютант принца Евгения Вюртембергского, впоследствии член Комитета иностранной цензуры граф Егор Евграфович Комаровский, был женат на сестре поэта Дмитрия Владимировича Веневитинова, Софье Владимировне. Его сестре – графине Анне Евграфовне А.С.Пушкин посвятил своё стихотворение « В младенчестве моем она меня любила….».

 После женитьбы Павел Евграфович оставляет службу и уходит в отставку. Он так любит свою жену, что соглашается переехать и остаться жить в Сокиренцах, так как его супруга Мария Павловна была настолько привязана к матери и брату, что не хотела с ними расставаться.

Они выезжали то в Петербург, то в Киев, то в Прилуки, но больше времени проводили в своем дворце в Сокиренцах. И тогда в доме в огромной бальной зале звучала музыка Генделя, Баха, которую исполнял на церковном органе во время домашних концертов Павел Евграфович.

Красивые черные глаза, пухленькие губки, нежный овал лица Марии Павловны не оставлял равнодушными заезжих и местных художников. В семейной галерее они оставили три портрета этой прекрасной женщины. Это придворный художник К.Ф.Юшкевич – Стаховской, вольный художник Гавриил Васько, и австрийский художник Генрих Гольпейн.

   Прекрасно образованная, с хорошим вкусом и прекрасными манерами молодая женщина была знакома и принимала у себя поэта В. Жуковского, писателей Е. Гребинку и Н.Маркевича, художника Л.Жемчужникова и композитора М. Глинку. Она прекрасно рисовала, ведь её учитель был живописец А.Мокрицкий.

У супругов Комаровских родилось двое детей — сын Евграф (1841 – 1875) и дочь Екатерина (1845-1916).

Евграф женится на Элеоноре Орловой и покинет Сокиренцы, а Екатерина выйдя замуж в 1874 году за блестящего гусарского полковника графа Константина Николаевича Ламсдорфа останется хозяйкой во дворце и продолжит дела мужчин рода Галаганов, в чём  помощником  её станет любящий и понимающий её муж.

                                                                         О. Шаповалова


Источник: http://babichev-domme.blogspot.com/2013/07/blog-post_7380.html

Генерал Евграф Комаровский — инициатор создания внутренней стражи

Евграф Федотович родился 18 ноября (по старому стилю) 1769 года в Санкт-Петербурге. Его отец Федот Афанасьевич был чиновником Дворцовой канцелярии, мать Ульяна Ивановна скончалась, когда Евграфу не было и года.

Евграф получил домашнее образование, воспитывался в петербургских частных пансионах Девильнева, Ленк и Массона. От последнего поступил сержантом в кадетскую роту Измайловского полка. Исполнял заграничные поручения графа Александра Безбородко. С января по март 1787 года находился в свите Екатерины II во время ее Таврического путешествия.

В 1799 году сопровождал Великого князя Константина Павловича в качестве адъютанта в Итальянском и Швейцарских походах. Удостоен чина-генерал-майора.

В мае впал, как и многие участники Итальянской кампании, в немилость императора Павла I, и, получив назначение комендантом Каменц-Подольской крепости в Подольской губернии, был вынужден покинуть двор и поехать в провинцию. Это назначение Комаровский воспринял с большим неудовольствием.

Важно

Однако, в этой должности пробыл менее года, после смещения Павла I был назначен генерал-адъютантом к императору Александру I. Пользовался большим его расположением.

В 1802 году определен помощником петербургского военного губернатора графа Михаила Каменского по полицейской части.

Комаровский подал молодому государю еще в 1802 году идею о создании в России внутренней стражи (прототип внутренних войск). Идея о создании такой структуры родилась у него во время поездки в Каменец-Подольский.

«В проезд мой через разные города я видел гарнизонные роты, составленные из людей, по внешнему виду еще здоровых; сие подало мне мысль представить государю проект о сформировании из сих гарнизонных рот, в которых люди не исправляли ни малейшей службы, особливо в заштатных городах, под названием земского войска, разделив оное на батальоны и команды… Государю проект мой понравился, и… оный послужил основанием учреждения впоследствии внутренней стражи».

Как инициатор учреждения внутренней стражи в 1816 году был назначен командиром Отдельного корпуса Внутренней стражи (ОКВС).

Во время Отечественной войны 1812 года исколесил полстраны в подготовке резервов для действующей армии, особое внимание он уделял покупке лошадей в Волынской и Подольской губерниях.

В 1826 году был назначен членом Верховного уголовного суда по делу декабристов. В 1828 году произведен в генералы от инфантерии «за отличия по службе». 18 октября отставлен от должности командира ОКВС по возрасту с назначением сенатором.

В апреле 1829 году предоставлен продолжительный отпуск «до излечения болезни» с постоянным проживанием в собственном имении Городище. В Городище он устроил лазарет, суконную фабрику, крепостной театр, конный завод, проложил хорошие дороги.

Евграф Федотович оставил прелюбопытные мемуары о своей жизни, которые отличаются живостью изложения.

«Однажды я имел счастие сопровождать императора [Александра I]; множество народа окружило государя и беспрестанно кричало: «Ура!» Один мужик долго шел подле стремени императора, все любуясь на него, вдруг обтер пыль с сапога его величества, перекрестился и поцеловал его ногу. Это было как сигналом для всей толпы, которая таким же образом начала целовать с обеих сторон ноги императора».

Читайте также:  Ручной универсальный пожарный ствол thunderfog-ru (тандерфог-ру) ттх

Скончался Евграф Федотович 13 октября 1843 года.

автор: Кирилл Брагин

источник: rusplt.ru

Источник: https://aeslib.ru/istoriya-i-zhizn/fakty-i-tsifry/general-evgraf-komarovskij-initsiator-sozdaniya-vnutrennej-strazhi.html

Читать

Наша семья — Мое сиротство — Добрые отношения ко мне зятя моего А. Н.

 Астафьева — Зачисление меня в лейб-гвардии Измайловский полк — Мое ученье — Назначение курьером к графу Безбородке — Путешествие Екатерины II на юг — Посылка в Париж с подарками — Приключение в дороге — Пребывание в Париже — Граф Бобринский — Обресков и его лакей — Праздник в Кускове — Граф К. Г. Разумовский — Посылка курьером в Лондон — Морское путешествие — Встреча с ворами — Лондонская жизнь — Г. Я. Сенявин — Возвращение в Петербург

Я родился 1769 года 18 ноября, в Петербурге, на Песках. Батюшка мой Федот Афанасьевич служил тогда в дворцовой канцелярии; начальником оной был сенатор Матвей Васильевич Мамонов; сын его, Александр Матвеевич, бывший потом фаворитом императрицы Екатерины II, с сестрой моей Дарьей Федотовной были моими восприемниками.

Батюшка скоро потом вышел в отставку и переехал на жительство в Ухотскую волость, где он купил до 100 душ крестьян[1]. Матушка моя, Ульяна Ивановна, урожденная Зиновьева, скончалась в 1770 году августа 17-го, 38-ми лет, и похоронена подле соборной церкви в городе Каргополе, в 30-ти верстах от Ухотской волости.

Я остался после моей родительницы 10-ти месяцев.

Совет

Через два года сестра моя, Дарья Федотовна, вышла замуж за Алексея Николаевича Астафьева и уехала в Петербург; батюшка отпустил с нею и сестру мою Анну Федотовну. Первый мой учитель был — упраздненный священник, а второй — отставной офицер. Батюшка ездил для свидания с сестрами моими и брал меня с собою. Зять мой, А. Н. Астафьев, служил тогда в г.

Нарве цолнером. По возвращении в Ухотскую волость, куда приехала с нами и сестра Анна Федотовна, батюшка женился на Дарье Степановне Рындиной, от которой имел дочь Софью; но она скоро умерла. 1776 года ноября 26-го скончался мой родитель 48-ми лет от роду, и я остался круглым сиротою по 8-му году.

Батюшка погребен под церковью во имя Спаса в Ухотской волости.

После батюшкиной кончины учреждена была опека — из родного дяди моего, Ивана Афанасьевича Комаровского, брата мачехи, Дмитрия Степановича Рындина, и зятя моего А. Н. Астафьева, который приехал в Ухотскую волость, узнавши о смерти батюшки, чтобы отвезти сестру мою Анну Федотовну и меня в Петербург[2]. А.Н.

имел обо мне попечение самого нежного отца; он немедленно занялся тем, чтобы отдать меня в лучший тогда в Петербурге пансион г-на Девильнева, и записал меня, по тогдашнему обыкновению, в службу, и я записан был в Преображенский полк сержантом сверх комплекта; а потом, по связям его с Ф. Я. Олсуфьевым[3], я переведен был в Измайловский полк тем же чином в комплект.

После смерти Девильнева перевели меня в пансион г-жи Ленк, потом к г-ну Массону.

В первом и последнем из сих пансионов я имел товарищем графа В. П. Кочубея. Сие случилось от того, что старший брат зятя моего служил при фельдмаршале графе Румянцеве-Задунайском вместе с графом Безбородкой и был с ним весьма дружен, а по брату своему и Алексей Николаевич в коротком знакомстве с ним находился.

Нас привезли почти в одно время — меня из Ухотской волости к зятю моему, а Кочубея из Малороссии к родному дяде его графу Безбородке. Они оба уговорились, чтобы отдать питомцев своих в лучшие пансионы. Я поступил от Массона в кадетскую роту Измайловского полка.

В 1786 году я имел несчастье лишиться сестры моей Дарьи Федотовны.

В 1787 году назначен я был находиться при графе Безбородке для курьерских посылок в чужие края во время путешествия императрицы Екатерины в Киев и Крым.

В числе чиновников, составлявших свиту ее величества, находился советник придворной конторы В. П. Головцын; он был весьма дружен с батюшкой и любил меня, как сына.

В предстоящий путь он взял меня с собою в кибитку, и я сделал путешествие от Царского Села до Киева самым приятным образом.

Обратите внимание

Вояж сей императрицей Екатериной предпринят был для обозрения присоединенного полуострова Крыма и Тавриды к России князем Потемкиным, которому и дан был титул Таврического.

Назначено было также иметь свидание с римским императором Иосифом II во время плавания ее величества на галерах по Днепру, по случаю предполагаемой тогда войны у обеих империй против Порты Оттоманской. Император Иосиф приехал под именем графа Фалькенштейна[4]. Сей вояж по Днепру и по Крыму описан принцем Делинем и графом Сегюром.

В свите императрицы Екатерины от Царского Села до Киева, а потом и по Днепру, находились иностранные министры: граф Кобенцель — посол римского императора, Фиц-Герберт — английского и граф Сегюр — французского двора и другие знатные особы.

Путешествие представляло торжественное шествие. Во время ночи по обеим сторонам дороги горели смоленые бочки. Во всех губернских городах, где ее величество останавливалась, были балы, и все улицы и дома иллюминированы.

На границах наместничеств встречали государыню ее наместники или генерал-губернаторы.

На границе Новгородской губернии встретил Архаров, наместник новгородский и тверской; на границе Псковской губернии — наместник князь Репнин, псковский и смоленский; на границе Белоруссии — Пассек, наместник полоцкий и могилевский, а на границе Черниговской губернии — генерал-фельдмаршал граф Румянцев-Задунайский, генерал-губернатор и наместник всей Малороссии. В Киев приехало множество разных вельмож, а более поляков, и двор был весьма великолепен, особливо у заутрени, в Светлое Христово Воскресение, в Печерской лавре. К вечерне императрица поехала в Софийский монастырь; после оной посетила митрополита Самуила в его келье, больного, который сказал ей речь и уподобил ее Христу, явившемуся после Воскресения ученикам. Тогда был фаворитом крестный мой отец Александр Матвеевич Мамонов, получивший скоро потом графское достоинство; все мои домогательства, чтобы дойти до него, были тщетны.

Из Киева в конце марта того же года отправлен я был курьером в Париж с подарками к министрам французского двора: Монмореню (иностранных дел) — перстень с прекрупным солитером, наследникам Верженя — полная коллекция золотых российских медалей, графу Сегюру (сухопутных сил) — соболий мех и фельдмаршалу де Кастри — перстень с солитером. Подарки сии уложены были в двух ящиках и посланы по случаю заключенного с Францией первого торгового трактата, я поехал в перекладной повозке. Не доезжая до первой станции — Василькова, я сбился с дороги, ибо уже смеркалось; повозка моя завязла и с лошадьми в большую лужу.

К несчастью моему, ямщиком был со мною мальчик, который в первый раз, по словам его, ехал по этой дороге. Насилу могли мы вытащить одну из пристяжных лошадей.

Важно

Я не знал, что мне делать, послать ли ямщика на следующую станцию — но он говорил, что его там не послушают, ибо никто его на почте не знает, — или самому ехать. Я решился на последнее; вооружив ямщика моими двумя пистолетами и саблей, сел верхом на отпряженную лошадь и поехал, сам не зная, куда.

К счастью, я выбрался на большую дорогу и приехал на станцию. Тотчас была заложена повозка, в которой я поскакал отыскивать завязшую в грязи. Я имел предосторожность, однако же, спросить имя прежнего ямщика.

Проехавши столько верст, сколько, мне показалось, я сделал верхом, начал я и новый мой ямщик изо всей силы кликать по имени прежнего моего проводника, но было тщетно; проехав еще несколько верст, остановились, повторяли то же самое и не имели большого успеха.

Каково же было мое положение — я знал, что со мной отправлено на несколько сот тысяч рублей драгоценных вещей и что сие непременно дойдет до сведения императрицы, и, сверх того, первое сделанное мне поручение оказалось бы так неудачно, за что бы я мог подвергнуться строгой ответственности.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=225023&p=49

Падение Комаровского

Дворянский род Комаровских имеет польские корни и в России известен с XVII века.

Евграф Федотович Комаровский, прадед нашего героя, родился в 1769 году и первый из родственного клана сделал настоящую карьеру. Являлся секретарем всемогущественного Александра Безбородко, крупнейшего государственного деятеля екатерининского и павловского царствований.

Адъютантом великого князя Константина Павловича прошел Итальянский и Швейцарский походы. Ведал снабжением армии лошадьми в 1812 году. Руководил первыми внутренними войсками России – Отдельным корпусом внутренней стражи.

Граф (грамотой австрийского императора Франца II от 1803 года), генерал-адъютант, генерал от инфантерии, сенатор, георгиевский кавалер, переводчик и мемуарист, он основал родовое гнездо Комаровских – имение Городище в Орловской губернии (в 35 верстах от Орла в сторону Карачева, – ныне Урицкий район Орловской области). Там он и жил благополучно, выйдя в отставку в 1829 году, с женой, урожденной Елизаветой Егоровной Цуриковой.

Городище – образцовое имение с пейзажным и регулярным парками, разбитыми императорским архитектором Адамом Менеласом, с разнообразными затеями, включая крепостной театр.

Сын Евграфа Федотовича – Павел Евграфович-старший (начиная с него, в роду Комаровских Евграфы сменяют Павлов, а Павлы – Евграфов) учился одновременно с Михаилом Лермонтовым в школе гвардейских подпрапорщиков, откуда вышел в 1832 году в лейб-гвардии Измайловский полк.

Читайте также:  Газоструйный вакуумный аппарат. устройство и принцип работы.

Добрый, сердечный человек, писал романсы, самый известный – «Дайте крылья мне перелетные». Женат на Марии Павловне Галаган. Он всецело подчинялся своей властной и болезненной жене, владелице знаменитых Сокиринцев в Прилуцком уезде на Полтавщине.

Умер гвардии штабс-капитаном в отставке, в своем имении, в 1873 году.

Их сын Евграф Павлович Комаровский-младший (родился в 1841 году) женат был на Элеоноре Ивановне Орловой. И вот их сыном и был наш герой – Павел Евграфович Комаровский – очередная жертва Марии Тарновской.

Совет

Он родился в 1869 году, нигде не служил и занимался благородными дворянскими делами: был организатором съезда Российских пожарных, проходившего в Орле в августе 1899 года; первым президентом Международного комитета по предотвращению и тушению пожаров с 1900 по 1903 годы.

Любитель искусств. Жертвователь в Орловский губернский музей (коллекции древнерусских крестов и образов, серебряные монеты, древние рукописи).

Член Орловской губернской ученой архивной комиссии, действительный член Орловского общества любителей изящных искусств, председатель выставочного комитета первой художественной выставки в Орле в 1896 году. Член Губернского комитета попечительства о тюрьмах.

В Городище Павлом Комаровским была собрана большая библиотека из книг конца XVIII века – свыше 10 тысяч томов, включавшая книги по истории, музыке, естественным наукам на нескольких языках.

6 июня 1894 года в Орле открылась Тургеневская читальня. Существовала она на средства, пожертвованные частными лицами и ассигнования городской думы. Открытие сопровождалось концертом знаменитого трио виолончелисток сестер Редер.

Дочери известного московского дантиста Марка Редера, державшего свой модный стоматологический кабинет на Петровке, они славились по всей музыкальной России.

Их пригласило в Орел местное музыкальное общество и его председатель граф Павел Комаровский.

Одна из них – Эмилия – поразила воображение Комаровского, и, несмотря на то, что она принадлежала к иудейской вере, граф тут же после концерта сделал ей предложение. Семейство Редер было категорически против, они предпочитали видеть зятем единоверца.

Обратите внимание

Но Павел Евграфович перешел от штурма к осаде, целый год, где бы ни выступало трио Редер, в зале присутствовал граф, а на сцену выносили от него изысканнейшую корзину цветов.

Эмилия Марковна готова была принять православие и стать графиней Комаровской, но отец-дантист уперся.

В конце концов, к Марку Редеру на Петровку пожаловал приятель Комаровского – граф Луи Наполеон. Потомок Бонапарта, полковник русской службы, командир 44-го драгунского полка, владелец замка Пранжен в Швейцарии, произвел такое впечатление на Редеров, что они согласились, хотя и без восторга, отдать Эмилию за Павла Евграфовича.

Брак состоялся в церкви русского посольства в Вене. Из ближайших родственников присутствовала только мать новобрачного – графиня Элеонора Ивановна Комаровская. Редеры церемонию бойкотировали, отсиживались в Будапеште. В 1898 году у Павла и Эмилии Комаровских родился сын, которого по семейной традиции назвали Евграфом.

Элеонора Ивановна обожала сына, но не приглянулась невестке. Эмилия отличалась свободным нравом и не любила подчиняться, не желала жить под присмотром свекрови, и та вынуждена была покинуть родовое имение Городище.

Комаровские жили в усадьбе либо отправлялись в заграничные путешествия. В Ницце они встретились с супругами Тарновскими. Поговаривали, что еще тогда, на Лазурном берегу, между Комаровскими и Тарновской завязались особые отношения, которые французы называют «menage a trois».

Классический пример: Владимир Маяковский – Лиля Брик – Осип Брик. Но Маяковским в этом случае стала Мария Тарновская – бисексуалка, она испытывала чувственные восторги и с Эмилией, и с Павлом Комаровским. Граф любил Марию Николаевну за «эксцентричность и удальство».

Ничего серьезного, – не слишком обычный курортный роман.

Комаровские после Ниццы несколько лет не виделись с Марией Николаевной. В 1904 году Павел Евграфович добровольцем пошел на войну с японцами. И сражался там в качестве хорунжего (чин соответствует подпоручику) Уральского казачьего войска.

26 мая 1904 года под Сюяном на Фынхуанченской дороге сотня уральских казаков столкнулась с 10-й дивизией японцев. Силы были неравны. Потеряв одного человека убитым и семнадцать ранеными, уральцы отступили.

Начальник отряда свидетельствовал о мужестве в бою офицеров и нижних чинов, называя среди наиболее отличившихся Комаровского. За этот бой Павел Евграфович был награжден орденом Святого Станислава, а в 1905-м – светло-бронзовой медалью «В память русско-японской войны».

Медсестрой на войну отправилась и Эмилия Марковна Комаровская-Редер.

Важно

Именно там, в Манчжурии, она подцепила какую-то странную болезнь, от которой слабела прямо на глазах (сейчас болезнь эту называют геморрагической лихорадкой с почечным синдромом). Надежды, по словам врачей, не было.

Благородный граф поселился со страдающей от неизвестной болезни супругой на острове Лидо в самом комфортабельном отеле мира «Эксельсиор». Здесь Эмилия пользовалась солнечными и воздушными ваннами, лечебными грязями.

Тарновская прогуливалась с Прилуковым по самому длинному в Европе променаду, и вдруг увидела печальную пару: Павел и Эмилия Комаровские. Павел толкал впереди себя инвалидную коляску, на которой сидела жена. Боже, как обрадовалась и одновременно опечалилась Мария Николаевна.

«Что с вами Эмилия?! Я уверена, мы еще будем пить шампанское вместе! Граф, я не видела вас после войны, вы, говорят, настоящий герой!» Тарновская представила Прилукова как своего адвоката, с которым случайно встретилась в поезде. Разговор стал общим.

Выяснили, что и у Тарновской, и у Комаровской в Лидо дети сверстники – Вася Тарновский и Евграф Комаровский.

Договорились вместе поужинать, познакомить детей, и расстались на время. Но вечером в холле «Эксельсиора» оказались только Мария Николаевна и Павел Евграфович.

Графиня Комаровская чувствовала себя плохо, заснула, с ней осталась сиделка. Сын занимался с гувернанткой-англичанкой.

Но граф именно и хотел провести вечер вдвоем со старинной приятельницей, чтобы хоть как-то отвлечься от своих несчастий.

Сервировали на террасе. Закат был прекрасен, пища изысканна, шампанское такое, каким ему следует быть. Языки развязались. Они делились своими несчастьями: он говорил о долгой и, видимо, безнадежной болезни супруги, о том, как она рассорила его с матерью и сестрами. Ему еще нет сорока, а жизнь как будто не начиналась.

Совет

Мария Николаевна рассказывала о судебном процессе, о том, как она, порядочная женщина, старалась помирить мужа и случайного поклонника, а все закончилось убийством, судом и позором. Положение ее неопределенно, процесс о разводе затягивается. А главное, рядом нет мужчины, которому она могла бы довериться. Мужчины-рыцаря.

Такого, как сам Комаровский, если бы он был свободен.

Разговор, видимо, взволновал Павла Евграфовича. Он признался, что много раз вспоминал их совместные с Эмилией эскапады в Ницце. Мария Николаевна нравится ему давно и искренне, но пытаться ухаживать за ней сейчас, при страдающей жене было бы бестактно. Конечно, такое предположение кощунственно, но если бы он стал вдовцом – мог ли бы он рассчитывать на взаимность?

Павел Евграфович Комаровский

Мария Николаевна взяла графа под руку, а вышколенная прислуга отеля немедленно передала им ключ от номера, в алькове которого Тарновская продемонстрировала Комаровскому все свои умения и артистизм. С этой минуты судьба Павла Евграфовича была решена. Через два часа он вернулся к законной супруге, а Мария Николаевна вышла на вечернюю прогулку с Прилуковым.

Источник: http://mirror7.ru.indbooks.in/?p=83664

LITMIR.BIZ

Дневник архимандрита Антонина (Капустина). 1850. архимандрит Антонин Капустин

Читать онлайн.

Иван Михайлович Скворцов (1795–1863) – первый профессор философии в Киевской духовной академии, один из основателей Киевской религиозно-философской школы, многолетний профессор богословия в университете Св. Владимира. Его научная и преподавательская деятельность объединяла философские, богословские, естественные, математические и языковедческие знания.

Активно печатался в академичеком издании «Воскресное чтение». Успешно боролся за сохранение в университете полноценного преподавания богословия, включая и медицинский факультет. С 1849 г. служил кафедральным протоиереем Киево-Софийского собора, привел в порядок библиотеку Собора, составил ее каталог и занимался изучением исторических материалов этой библиотеки. См. прим. 23.

'Оникий' – Иоанникий (Руднев) – о нем см. ранее прим. 16.

Горский Егор Семенович – священник в Киеве, выпускник Киевской духовной академии 1843 г., сокурсник архимандрита Антонина.

Антонин имеет в виду Ближние пещеры. Со стороны холма под одной кровлей, примыкая друг к другу, стоят Крестовоздвиженская церковь и церковь Всех преподобных Печерских (Теплый храм).

Павел Евграфович Комаровский (1812–1873), граф, его жена Мария Павловна, урожденная Галаган, его теща Екатерина Васильевна Галаган, урожденная Кочубей (1826–1897), вдова Григория Павловича Галагана (1819–1888), украинского общественного и политического деятеля (с 1883 г. члена Государственного Совета), исследователя украинской этнографии, основателя Коллегии Павла Галагана (1871).

Голосиево (Голосеево) – историческая местность на территории Голосеевского района г. Киева. Голосеево располагается в южной части города, между Добрым Путем, Демиевкой, Теремками, Феофанией и Мышеловкой, охватывая Голосеевский лес, а также городской район между ним и улицами Васильковской и Сумской.

В грамоте короля Сигизмунда Выдубицкому монастырю (1541), упомянуто «Голосиево», при описании границ землевладений Киево-Печерской лавры (1617) упомянут хутор Голосеевский. В 1631 г. архимандрит Киево-Печерской лавры, а впоследствии митрополит Петр Могила построил в этом монастырском владении церковь во имя Св.

Обратите внимание

Великомученика Иоанна Сочавского, происходившего из его родной Молдавии, а также дом для себя, разбил сад и заложил монастырь.

Сын Павла Евграфовича Комаровского – Евграф Павлович Комаровский (1841–1875).

Константин и Осип (Иосиф) – ученики Софийского духовного училища, певчие Киевской духовной академии, послушники о. Феофана.

Николай Константинович Ангелов, племянник о. Макария (Сорокина).

Апис – в древнеегипетской мифологии: священный бык. Антонин говорит, что по дороге они не раз выпивали тот же горячительный напиток, что и за самоваром.

О. Аника – Иоанникий (Руднев), см. ранее прим. 16.

Корректурный экземпляр.

Источник: http://litmir.biz/rd/116166/p11

Ссылка на основную публикацию